Когда мы с супругом говорим друзьям о моей беременности, они поначалу поздравляют нас, а позже сходу спрашивают: «А кого вы желаете?» Нам нравится отвечать, что пол малыша мы не узнаем, пока ему не исполнится 18, а опосля этого он сам нам произнесет. Все смеются, услышав таковой ответ. Но мы в определенной мере говорим правду, и тут есть намек на наиболее сложные тонкости, нежели гениталии, с которыми родится наш ребенок. Мы понятия не имеем, кто вырастает у меня в животике. Какой это будет человек? Родителями какой личности мы станем? Как ребенок изменит нашу жизнь и кто мы такие? Это изумительные и ужасные мысли, делающие нас немощными и смущенными.

Я не желаю навязывать моему ребенку половые стереотипы. Но каким бы прогрессивным человеком я для себя ни казалась, мне понятно желание выяснить пол нашего плода. Это как 1-ая настоящая возможность узреть, каким он станет. Мое тело изменяется, становится странноватым и незнакомым, и потому приятно получить всякую информацию, которая поможет создать дальнейшее наиболее настоящим.

Я вспоминаю, как в молодости практически автоматом представляла, что у меня дочь. Помню, как в детстве я игралась в кукол и отрисовывала себя со собственной будущей наилучшей подругой. Она была кое-чем похожа на куколку, которую мне подарили, с коричневыми очами, каштановыми волосами и моими чертами. Это была я, но весьма малая.

Когда я говорю о этом собственному доктору, она разъясняет, что такое случается достаточно нередко. Современная психология превозносит идею о том, что люди заводят малышей, чтоб «переработать» собственное детство. Они желают навести порядок в самих для себя и излечить свои психические травмы, а для этого пробуют начать все поначалу с своей мини-версией.

Я, если честно, как-то произнесла супругу за ужином, что не понимаю, желаю ли я девченку. Просто ранее я никогда не задумывалась о том, что у меня быть может мальчишка.КонтекстThe Times: белоснежных школьников-двоечников винят во всех грехах английского расизмаThe Times14.10.2020Nyheter Idag: шведского писателя пробовали обвинить в домогательствах в отместку за честностьNyheter Idag14.10.2020

А он мне дал ответ: «Меня беспокоит вот что. Девченке придется почти все создать, чтоб быть достойной тебя, соответствовать для тебя. А это большая перегрузка». Я моргнула и вспомянула маму и ее рассказы, как она была царицой бала. В возрасте 3-х лет я выяснила слово «завидовать» (с шипящими у меня было плохо, и я гласила маме, что ее коллеги из числа дам ей просто «жавидуют»). Я рано сообразила, что краса дает силу и власть. Я молилась, чтоб стать прекрасной, а перед сном сжимала нос с обеих сторон, чтоб он не вырос большенный. Я думаю о остальных знакомых мне прекрасных матерях — мамах со сцены либо подия, у которых есть их маленькие копии. Их дочери еще в детстве понимают свою красоту, как как будто они всю жизнь живут в теле взрослой дамы. Я думаю о том, как дамы повсевременно ассоциируют себя с иными дамами, производя в голове удивительные расчеты типа: в этом я на нее похожа, в этом нет; в этом я лучше ее, а в этом нет.

«Я никогда не позволяю, чтоб это перевоплотился в делему», — говорю я собственному супругу, а сама все равно тревожусь. Я до этого времени часто борюсь со своим подсознательным внутренним женоненавистничеством, ловя себя на том, как я ассоциируют свои ноги с бедрами иной дамы. Кто может сказать, что я сумею защитить от этого свою дочь?

Мой супруг любит гласить: «Мы беременны». Я отвечаю, что это весьма мило, но не совершенно правильно. Мне ненавистна идея о том, что снутри меня находится ДНК всей его семьи, а моей ДНК в нем нет. «Это просто несправедливо», — заявляю я, и мы оба смеемся. Это собственного рода шуточка, но в ней есть толика правды, как в наших дискуссиях про пол малыша. Беременность вначале делает даму одинокой. Дама рождает сама, все происходит снутри ее тела, каковы бы ни были происшествия. Хотя у меня есть любящий партнер и огромное количество подруг, готовых поделиться жестокими подробностями своей беременности, я в этих чувствах одна, наедине со своим телом. Этого вкупе со мной не прочует никто. Острая мышечная боль в нижней части животика, появляющаяся из ниоткуда, когда я смотрю кино. Болезненная тяжесть груди, которую я чувствую сперва по утрам. У супруга нет физических симптомов «нашей» беременности, и это излишний раз припоминает о том, какие различные актуальные чувства бывают у дам и парней.

Инстаграм вызнал о моей беременности ранее моих близких друзей и даже родителей. Мой график заполнен мотивированной рекламой одежки для беременных дам, а на моей странице много фото малышей, дамских животов, растяжек, признаков разных сроков беременности, а также подсказок для будущих мам.

Однажды вечерком я лежала в постели и смотрела предложенные видео. Там были сняты вечеринки, на которых предки объявляют пол малыша. Взволнованные пары стоят на расстоянии друг от друга и неудобно глядят на большенный тортик либо подвешенный воздушный шар. Меня поразило напряжение, которым веет от этих видео. Не видя зрителей, я чувствую их присутствие: родственники и друзья с айфонами. А пара нервно улыбается, готовясь слушать сообщение. Когда смотришь на их, кажется, что ведешь себя невежливо, как как будто подглядываешь в замочную скважину, чтоб узреть нечто весьма интимное.

Поглядеть эту публикацию в Instagram

“Who will this person be? What kind of person will we become parents to? How will they change our lives and who we are?“ read my essay on pregnancy and gender on @voguemagazine 🤍 thank you for all the well wishes 🤍 @cassblackbird @jordenbickham

Публикация от Emily Ratajkowski (@emrata) 26 Окт 2020 в 2:37 PDT

 

@ emrata
«Кем будет этот человек? Для какой личности мы станем родителями? И как это изменит нашу жизнь и нас самих?» Читайте мой очерк о беременности и гендере в @voguemagazine. Спасибо за отличные пожелания @cassblackbird @jordenbickham

Позже лопается воздушный шар, и на их каскадом сыплется розовое либо голубое конфетти. Или отрезанный кусочек тортика открывает цвет собственных внутренностей. И здесь я начинаю замечать закономерность. Часто эти пары не сходу начинают обыматься. Если из шарика сыплется голубое конфетти, отец практически одномоментно показывает чувство облегчения, делает пару шажков в сторону с обширно открытыми очами и закинутыми за голову руками. Время от времени он подпрыгивает. Беременная дама, надевшая по случаю туфли на каблуках, в которых ей неловко, глядит на собственного ликующего напарника, на его возбуждение. Она обходительно улыбается, а позже отворачивается от него и всматривается в массу. Что, девченки постоянно приводят собственных отцов в кошмар? А собственное «малеханькое я» постоянно презентабельно для дамы?

Я думаю о супруге и о том, как он отреагирует на отпрыска. Он всекрете грезит о мальчугане? Когда я спрашиваю, он отрешается отвечать и клянется, что у него нет никаких предпочтений. Но однажды в воскресенье он глядел футбол и произнес, что с мальчуганом глядеть его было бы еще увлекательнее.

«Девченки тоже глядят футбол!» — парировала я. Он пожал плечами и засмеялся. «Правильно», — произнес супруг. Я смотрю на экран и вижу квотербэка, который бежит так, как будто от этого зависит его жизнь. Позже его окружают и начинают мутузить огромные игроки конкурента. Я поднимаю бровь.

«Я буквально не желаю, чтоб мой отпрыск играл в футбол», — заявляю я супругу. «Это безжалостно», — гласит он, а я вспоминаю, какие травмы он получал, играя в футбол в институте. Я вспоминаю его мама, и каково ей было глядеть на жуткие синяки и шрамы собственного молодого отпрыска.

Однажды вечерком мы ворачивались с пляжа на Манхэттен, и мимо нас на мосту Костюшко пронеслась машинка с юношами. «Мальчишки задумываются, что они непобедимы, — со вздохом произнес мой супруг. — Я тоже считал себя непобедимым». Он не тот человек, чтоб рассматривать собственное детство, и нередко гласит, что помнит из него малое. Но я понимаю, что он в детстве и подростковом возрасте был сложным ребенком. Он доводил мама до слез, поздно ворачивался домой, не слушаясь родителей, и совершенно был склонен нарушать любые правила. Я понимаю, как ужасна для него перспектива получить молодую версию самого себя.Статьи по темеNew York Post: тоталитаризм в США придет не от Трампа, а от ревнителей «левой» политкорректностиNew York Post30.09.2020Reflex: лампочку изобрел негр либо Новенькая история старенькых открытийReflex10.09.2020

Я тоже боюсь родить отпрыска, но это иной ужас. Я понимаю очень много белоснежных парней, которые живут в этом мире, не осознавая свои привилегии. Мой опыт общения с ними нанес мне много травм. С мальчуганами то же самое. Поражает то, как рано мальчишкам начинает казаться, что они имеют огромные права: право на тела девченок и право на весь мир в целом. Я не боюсь воспитать «отвратительного парня», поэтому что почти все знакомые мне мужчины, которые злоупотребляют собственной силой и властью, делают это нечаянно. Но меня ужасает то, что я могу воспитать в нем невнимательность и неосведомленность, которые так комфортны мужикам. Еще труднее привить ребенку осознание приемуществ, чем обучить его обычный черно-белой нравственности. Как воспитать малыша, который научится обожать себя, и как поведать ему, что он в мире стоит на позиции силы?

У одной моей подруги есть 3-х летний отпрыск. Она задумывалась, что пол малыша ей безразличен, пока доктор не произнес, что у нее будет мальчишка. Она зарыдала прямо в кабинете. «А позже я рыдала целый месяц», — произнесла она как бы меж делом. Роды были трудные, у нее появилась послеродовая депрессия, и она решила, что терпеть не может собственного супруга больше, чем кого бы то ни было. Больше всего ей было ненавистно в нем то, как умиротворенно он спал. Она даже вела о этом записи в собственном дневнике. «Нет ничего наиболее раздражающего, чем размеренный сон белоснежного мужчины в патриархальном мире, — заявила она. — Было тяжело смириться с тем, что я произведу на свет еще 1-го белоснежного мужчину. Но на данный момент я обожаю его, и ни о чем другом даже поразмыслить не могу». С течением времени она опять научилась обожать собственного супруга. И она совсем расслабленно слушает, как он дремлет.

Я с опаской задумывалась о том, что у меня быть может мальчишка. Но когда я позвонила наилучшей подруге и сказала о собственной беременности, мы сходу сделали общий вывод: у меня будет мальчишка. «Я представляю для себя темноволосого отпрыска, — написала мне подруга в чате. — Не понимаю, почему, я просто вижу это». Я кивнула и поглядела на красноватую ткань собственного дивана, представив, как рядом со мной лежит крошечное тельце моего малыша.

У всякого своя точка зрения на то, что можно ожидать от мальчугана, а что от девченки. «Мальчишки медлительнее развиваются. Они больше девченок трудятся в младенчестве, но они так обожают собственных мам! — произнесла мне одна подруга, подмигивая. — Девченки резвее созревают, но они такие чувствительные!»

И друзья, и незнакомые люди молвят, что пол малыша влияет даже на саму беременность. Мальчишки в животике посиживают ниже! Девченки посиживают выше, и в 1-ые три месяца из-за их возникает тошнота. Влияет он и на желания в еде (если охото сладкого, наверное будет девченка). А еще пол влияет на сексапильное желание (если носишь мальчугана, больше охото секса). Гримерша наносит мне мейкап и заявляет, что девченка отбирает у мамы красоту.

Я никого не виню за такие обобщения, ведь это итог актуального опыта, а актуальный опыт во многом гендерно дифференцирован. Было бы нечестно опровергать, что почти все из этого полностью реально. Но мне не нравится, что мы навязываем людям половые предубеждения. И уж тем наиболее, что мы навязываем их детям. Я желаю быть мамой, которая дозволит собственному ребенку показать мне свою суть — по выбору мужскую либо женскую. Но, хотя я надеюсь, что мой ребенок сам изберет свое пространство в мире, он непременно столкнется с бесспорными гендерными ограничениями и стереотипами еще до того, как начнет гласить. Черт побери, даже до того, как он родится.

Я ранее считала себя суеверной, но на данный момент смотрю на это по другому. Мысль о том, что я могу что-то накаркать либо сглазить, а также вера в то, что своим особенным образом мыслей я могу достигнуть конфигураций в настоящем мире, именуется «волшебным мышлением». Этот механизм возникает у человека, чтоб он ощущал себя более уверенно.

Я использовала такое волшебное мышление каждый раз, когда мне хотелось, чтоб действия развивались так, а не по другому. Но на данный момент я даже не думаю, в какое одеяло завернут моего малыша — в голубое либо розовое. Я совсем и непременно беспомощна практически во всем, что соединено с моей беременностью: я же не могу найти, как изменяется мое тело, каким будет мой ребенок. Но меня это не тревожит, что очень умопомрачительно. Заместо того, чтоб страшиться, я ощущаю умиротворение. Я уже учусь у того человечка, который посиживает во мне. Я полна чудес.

Источник: inosmi.ru