ПРИНСТОН. Странноватая и удручающая президентская избирательная кампания в США была отмечена отсутствием предметных дебатов и присутствием потока ереси. Как произнес Джо Байден о Дональде Трампе в первых телевизионных дебатах, «все, что он гласит до этого времени, это просто ересь. Я тут не для того, чтоб высмеивать его вранье. Все знают, что он лгун».

Чем больше в политике употребляется ереси, тем больше оснований у каждой стороны инкриминировать другую в нечестности. Возникает спираль обмана, делающая неосуществимыми разумные дебаты. С каждой ложью, порождающей больше ереси, обычная политика заменяется политикой брани. И этот парадокс нам известен, он не является новеньким либо исключительным для 20 первого века.

История полна предостережений для общества, погрязающего во ереси. Шекспир искрометно обрисовал эту делему в собственных пьесах. В книжке «Как для вас это нравится» придворный шут Тачстоун обрисовывает семь ступеней роста возражений: 4-ая — это «энергичное опровержение», 5-ая — «драчливое противоречие»; шестая — «условная ересь»; седьмая — «очевидная ересь».

Как и хоть какой дьявольский механизм, 1-ый прямой обман приводит в движение нескончаемый цикл. Ересь порождает потребность в росте количества ереси, и по мере того как ее становится больше, ее пропагандисты нередко задумываются, что их требования стали лучше. Но для остальных людей ясно виден затягивающийся храповик с простым видом ереси — искажением фактов (враньем).

Манипулирование фактами найти просто. Трамп начал свое президентство с обмана о том, что публики на его инаугурации было намного больше, чем у президента Барака Обамы четыре года вспять. Фотографические свидетельства проявили возмутительную лживость такового заявления. Но, может быть, конкретно в этом и был смысл: Трамп употреблял обман, чтоб утвердить свою власть.

Тераны XX века находили стратегию «большенный ереси» очень симпатичной и ставили ее в центр собственной власти. Адольф Гитлер программно обрисовал этот процесс в «Майнкампф»: «В «большенный ереси» постоянно есть определенная сила правдоподобия, поэтому что широкие массы цивилизации постоянно легче развращаются в наиболее глубочайших слоях собственной чувственной природы, чем сознательно либо добровольно». Хотя Гитлер винил собственных врагов в использовании «большенный ереси», сам также предлагал подготовительный вариант того, как он захватит власть.

Иная форма ереси включает в себя неприемлимые упрощения, которые нелегко найти. Тут заявление политика служит для того, чтоб перекрыть либо предвосхищать наиболее сложное обсуждение основного вопросца. К примеру, во время вторых дебатов Байдена и Трампа проверяющие факты в настоящем времени сотрудники New York Times заострили внимание на 2-ух экономических утверждениях, которые они систематизировали как неверные. 1-ое — заявление Байдена о том, что деяния Трампа «вызвали рост (торгового) недостатка с Китаем, а не его понижение».

КонтекстВыборы президента СШАИноСМИ04.11.2020TAC: как Байдены хапнули миллионы у китайцевThe American Conservative03.11.2020Delfi: симпатии литовцев — на стороне БайденаDelfi.lt03.11.2020New Yorker: Байден пробует перевоплотить выборы в моральный референдумThe New Yorker03.11.2020Handelsblatt: США готовятся к беспорядкамHandelsblatt03.11.2020

Тут дело обстоит намного труднее. Двухсторонний недостаток торговли Америки с Китаем при Трампе сначало вырос в период с 2016 по 2018 год, но потом снизился, частично из-за введенных Трампом тарифов. Но общий сезонно скорректированный торговый недостаток США продолжает расти с 2016 года, превысив сиим в летнюю пору уровни, достигнутые в подобные месяцы в 2019 году. Еще более осложняет ситуацию то, что некая часть торгового недостатка США приходится на остальные страны, которые приобретают промежные продукты из Китая, как в случае с нефирменными лекарственными продуктами, импортируемыми из Индии.

2-ая ересь, на которую указывали проверяющие, касалась вопросца о том, должен ли Китай выплачивать репарации за то, что вызвал пандемию COVID-19. Трамп настаивал на том, что «Китай платит, они платят млрд и млрд баксов», подразумевая, что введенные его администрацией тарифы представляют собой форму возмещения вреда.

США вправду ввели пошлины на сумму наиболее 60 млрд баксов на китайские продукты общей стоимостью 360 млрд баксов до пандемии. И все таки не так просто узнать, кто конкретно заплатил эти «репарации». В неких вариантах китайским производителям вправду приходилось снижать цены, чтоб оставаться конкурентоспособными на южноамериканском рынке. Но во почти всех остальных вариантах тарифы привели к увеличению цен для американских потребителей. Все это гласит о том, что эти преломления, похоже, не служили никакой иной цели, не считая как поддержать заявление администрации Трампа о том, что она завлекла к ответственности правительство иной страны.

В любом случае, экономический нюанс, сокрытый за снаружи ординарными заявлениями в президентских дебатах, изредка бывает ясным. Еще наименее ясно, что лежит в базе политического нюанса. Обязана ли финансовая политика обеспечить наилучшую сделку для американских потребителей? Если да, то тарифы — ошибка. Является ли целью сохранение американских рабочих мест? Если да, то Трамп может сказать, что он защитил некие сектора, но лишь за счет остальных. Удорожание промежной ввезенной продукции имеет далековато идущие последствия: увеличение тарифов на ввезенную сталь ведет к росту цен и понижению спроса со стороны авто сектора, что приводит к сокращению в этом секторе рабочих мест.

В конце концов, существует идейная ересь, основная цель которой — сорвать процесс обычной политики. Такового рода ересь не быть может просто найдена контролерами фактов. В поразительном эссе «Жить не по ереси», написанном Александром Солженицыным незадолго до ареста, в 1974 году, обозначено, что конкретно идеи, а не обыкновенные фактические утверждения делают ересь неотразимой. «Если б мы не склеивали совместно мертвые кости и чешую идеологии, если б мы не сшивали совместно гниющие тряпки, мы могли быть поражены, как стремительно ересь стала бы немощной и cтихла. То, что обязано было бы быть оголенным, тогда вправду стало бы оголенным перед всем миром». Буквально так же величавый чешский правдоруб Вацлав Гавел лицезрел, что «власть бессильных» состоит в отказе малеханьких людей принять огромную ересь.

Часть общего подхода Трампа состояла в предположении о том, что политика постоянно связана с ложью и что все политики — лгуны. Потому во 2-ой дискуссии он попробовал представить Байдена как давнешнего вашингтонского политика из окрестность Колумбия, а себя — как аутсайдера. В остальных вариантах он хвастает, что изобрел новейший словарь, который сделал бы перманентным новейший стиль политики. «Думаю, один из величайших определений, которые я выдумал, это «фейк, подделка», — произнес он в 2017 году.

Солженицын и Гавел призывали к сопротивлению маршу ереси. Они добивались возврата к политике честности — поворота назад против повсеместного распространения фальши. На данный момент у янки есть таковая возможность — но кратковременно.

 

Источник: inosmi.ru