Интервью с профессионалом варшавского Центра восточных исследовательских работ Матеушем Худзяком (Mateusz Chudziak).

Polskie Radio: Период обострения конфликта меж Арменией и Азербайджаном на сей раз длится беспримерно длительно, если сопоставить с прошлыми схожими инцидентами. С конца сентября бои стают только наиболее ожесточенными. Мы смотрим очередные этапы эскалации и захват территорий. Как будет развиваться ситуация?

Матеуш Худзяк: Созодать четкие прогнозы трудно. Следует выделить, что этот конфликт никогда не был замороженным, столкновения случались повсевременно, нарушение режима прекращения огня было обыденным делом, в боях часто гибли люди.

Сегодняшнее развитие ситуации сделалось в некий мере сюрпризом. Мы имеем дело с суровой и, по всей видимости, кропотливо спланированной операцией азербайджанских войск, но ожидалось, что Азербайджан в первую очередь желает достигнуть огромных территориальных приобретений, чем, к примеру, в 2016 году (тогда он отбил несколько издавна пустующих деревень), а позже закончить пришествие и заявить о собственном успехе. Азербайджанские власти испытывали давление и стремились успокоить общественность: в летнюю пору люди, требовавшие развернуть военную операцию, атаковали правительственные строения. А такое, в индивидуальности в стране с диктаторским режимом, происходит изредка. На данный момент Баку продолжает пришествие и берет под контроль очередные местности. Идет речь, к примеру, о занятых Арменией землях на юг от Нагорного Карабаха.

— Мы смотрим эскалацию.

— Сама по для себя масштабная организованная военная операция удивления не вызывает, новеньким явлением сделалось то, что Баку не удовлетворился первыми фуррорами. На данный момент трудно сказать, какими могут быть близкие к реальности цели, вправду ли он стремится отбить весь Нагорный Карабах. Пришествие длится, ведь его цель — смешать карты, поменять имеющийся статус-кво. Этого достигает Турция. Она желает активизировать свою деятельность в Закавказье в качестве покровителя Азербайджана. Анкара стремится инициировать переговоры с Россией.

КонтекстAsharq Al-Awsat: Анкара грезит укрепиться на Кавказе. Допустит ли Москва?Asharq Al-Awsat23.10.2020Forbes: так каковы же настоящие утраты Баку и Еревана в войне за Карабах?Forbes26.10.2020Турецкие читатели: браво, Путин! Ты — мужчина (Haber7)Haber723.10.2020JP: Турция превращает конфликт в Карабахе в еще одну войну мусульман с христианамиThe Jerusalem Post22.10.2020

— Чего же достигают турки?

— 1-ая цель касается Азербайджана. Оттуда турки импортируют энергоресурсы, получая другой российскому источник их поставки. Это значительно со стратегической точки зрения. Не считая того важны сферы политики, экономики, распространения «мягенькой силы». В крайние 30 лет турки серьезно вкладывались в Азербайджан, что было соединено как со сферой экономики, так и самосознания. В Турции на данный момент вновь начал звучать пользующийся популярностью в 1990-е годы слоган о 2-ух государствах и одном народе, выделяющий этническую близость азербайджанцев и турок. Азербайджанский язык весьма похож на турецкий, некие даже именуют его диалектом. В турецком обществе сильны пантюркистские настроения, в этом контексте Азербайджан имеет огромное значение. Таковым образом беспримерная активность Турции призвана защитить турецкие интересы в Закавказье, которое вот уже наиболее 200 лет считает собственной сферой воздействия Москва.

Последующая цель касается взаимодействия с Россией. Анкара считает, что архитектура отношений на интернациональной площадке (в Закавказье, на Ближнем Востоке) изменяется, а это открывает перед ней новейшие способности. США, по воззрению турок, утрачивают роль мирового жандарма, преображается мировой порядок, и в этих критериях Турция может что-то «урвать». Кавказ с ее точки зрения — самая пригодная область для распространения воздействий.

Не считая того, Анкара считает нужным переформатировать свои многоплановые и непростые дела с Россией. С одной стороны, в их есть пространство сотрудничеству в сфере энергетики (не так давно был запущен газопровод «Турецкий поток»). Не считая того, турки приобрели у россиян зенитные ракетные системы С-400. Сразу в крайние годы они поочередно старались понизить размер импорта газа из Рф, а в данной нам сфере Азербайджан выступает их главным (хотя не единственным) партнером.

Анкара ведет соперничество с Москвой в Сирии, Ливии, претендует на то, чтоб развернуть его также в Закавказье. Подключение Турции к карабахскому конфликту нацелено на то, чтоб инициировать переговоры с Россией, принять роль в процессе урегулирования ситуации в регионе. Чем больше таковых полей для переговоров, тем больше способностей контактировать с россиянами и, с одной стороны, достигнуть каких-либо уступок (в том числе по Сирии и Ливии), а с иной — восполнить стратегический, военный и политический перевес Москвы, впутав ее в весьма сложную игру в различных сферах и различных точках мира. Все это призвано посодействовать Турции.

— Чего же желает она достигнуть в контексте Нагорного Карабаха? Как будет развиваться ситуация, пока предсказать трудно?

— План-максимум состоит в том, чтоб его отбить.

— Специалисты и интернациональная общественность считают, что урегулирование спора вокруг нагорного Карабаха обязано вестись политическими способами.

— Неувязка в том, что Турция и Азербайджан занимают максималистскую позицию. Не понимаю, на самом ли деле они веруют в то, что могут отбить Нагорный Карабах, как оценивают свои силы в этом контексте, но пока риторику они не смягчают. Турки молвят, что «армянской оккупации необходимо положить конец», не поясняя, имеют ли они в виду конкретно местность Карабаха либо также прилегающие к нему захваченные местности. Отчасти внедрение твердой риторики можно разъяснить тем, что турки постоянно поначалу очень поднимают ставки, мир к этому уже привык.

Думаю, план-минимум — это попытка поменять статус-кво средством значимых территориальных приобретений Азербайджана, идеальнее всего таковых, которые принудят Россию подключиться к политическому урегулированию и создадут ситуацию, позволяющую Турции стать ее равноправным собеседником.

— Мы лицезреем постоянные пробы установить мир меж Арменией и Азербайджаном, к примеру, под эгидой США. Международное общество желает успокоить ситуацию. В свою очередь, Турция наверное стремится получить сильную позицию в Минской группе ОБСЕ, занимающейся конфликтом меж Баку и Ереваном, так как она не владеет в ней решающим голосом, как Наша родина, США либо Франция.

— Это одно из требований Анкары. До этого времени она не владела статусом равноправного участника переговоров, и непонятно, как вышеназванные страны отреагируют на ее активность. Турция поддерживает деяния Азербайджана, ведь пока в случае перемирия в политическом плане она никак не выиграет. Если бои закончятся на данный момент, но к переговорам интенсивно не подключится Наша родина, не будет запущена служащая урегулированию ситуации работа интернациональных организаций, турки не извлекут никакой выгоды.

— Потому они не допустят заключения перемирия в реальный момент?

— Турция заинтересована в таком обострении ситуации, которое склонит остальные страны признать, что без ее полноправного роли в переговорах обойтись не получится. Такая основная цель, так что, судя по всему, пока Анкара ее не добьется, она по наименьшей мере не смягчит риторику. Есть обоснованные догадки, что азербайджанское пришествие началось с подачи Турции, и оно не зополучило бы такового масштаба, если бы не уверенность в абсолютной политической поддержке с ее стороны. Анкара интенсивно подключается в политическом плане к этому конфликту, поэтому что у нее есть определенные цели, которых она стремится достигнуть.

— То есть пришествие будет продолжено. Почему турки отважились на это все конкретно на данный момент? Чудилось бы, в реальный момент они не в состоянии достигнуть значимых фурроров. Либо это неправильное воспоминание?

— С точки зрения Турции момент на данный момент лучший. Во-1-х, Москва не так сильна, как в прошлые годы. У нее появились трудности с Белоруссией, Киргизией, где произошла еще одна революция. Наша родина оказалась «под лупой» опосля пробы отравления Навального, там нарастают внутренние препядствия, связанные как с пандемией, так и с публичными протестами. «Если не на данный момент, то когда еще», — размышляют турки.

Очевидно, важен также внутритурецкий контекст. Турция тоже испытывает трудности в связи с сложный экономической и неуравновешенной эпидемиологической ситуацией, которая угрожает усугубиться. Власти весьма этого боятся. Помощь братскому Азербайджану дозволяет турецкому управлению «приобрести очки» в обществе, так как националистические настроения и пантюркистские идеи в нем весьма сильны.

В Турции чувствуют сильную связь с иными тюркскими народами, в первую очередь с азербайджанцами, а она дозволяет мобилизовать общество. Все политические и публичные группы, за исключением курдов, поддерживают активность Анкары, деяния собственного правительства и азербайджанцев. Так что в контексте внутриполитической турецкой и русской ситуации это весьма успешный момент для Турции, которая может решительно выступить на стороне Азербайджана и попытаться стать участницей политической игры в Закавказье.

— Может быть, она считает, что в неких регионах, вне зависимости от происходящего в остальных частях мира, ей получится провести свои интересы.

— Турецкую стратегию именуют «игрой на нескольких фортепиано». Она остается активной в Сирии, крепит военные базы в Сомали и Катаре, ведет военные деяния в Ливии, находится в восточной части Средиземного моря, на данный момент мы лицезреем ее подключение к ситуации в Закавказье. Анкара развивает деятельность, считая, что может укрепить свои воздействия в неких местах.

— Есть ли у Турции еще какие-нибудь цели в контексте Рф? Готовит ли она почву для переговоров? Ставит ли впереди себя определенные цели?

— Что касается текущих целей, это могут быть уступки в Ливии либо Сирии. Там Наша родина владеет приметным перевесом, а Турция может попробовать, связав ее переговорами по Закавказью, достигнуть каких-либо подвижек, к примеру, относительно Идлиба, для нее это принципиально.

Не наименее принципиальна и политика в отношении Рф в целом. Анкара, осознавая, как превосходит ее по силам Москва, желает попробовать достигнуть на переговорах с ней позиции равноправного напарника. Такая основная цель.

— Армения оказалась в сложной ситуации. Москва издавна давала Пашиняну осознать, что ей не очень нравятся его демократические способы управления и некое дистанцирование от Рф. Ереван не получает от россиян поддержки. Хотя, необходимо отметить, что та в таковых вариантах не становится положительным фактором, а оборачивается усилением зависимости, ограничением суверенитета, оккупацией государств, которым оказывается «помощь». Русское покровительство для армян — это, быстрее, предложение, подразумевающее предстоящее подчинение Москве, так как Кремль мыслит категориями сфер воздействия. Для интернациональной общественности ситуация тоже непростая: в критериях, когда Турция, как вы разъясняли, понимает, что может влиять на предстоящее развитие событий, будет проблематично отыскать выход из ситуации.

— Турция старается стать в виде мощной стороны. В случае боев в Нагорном Карабахе Азербайджан, пользующийся ее беспрекословной поддержкой, на самом деле имеет перевес, но Анкара не контролирует его действий. Ильхам Алиев сохраняет определенную автономию, это не так, что Турция может склонить его к хоть каким действиям.

— Означает, почти все будет зависеть от позиции Азербайджана, а тот пользуется ситуацией и чувствует, что имеет поддержку. Возможной на данной нам фоне смотрится эскалация конфликта.

— Конкретно этого я бы и ждал в наиблежайшее время.

 

Источник: inosmi.ru