Опосля панихиды по убитому российскому оппозиционеру Борису Немцову 3 марта 2015 года Сергей Кириенко оборвал свое молчание. В протяжении почти всех лет он, будучи главой муниципального концерна «Росатом», не высказывался на политические темы. У гроба собственного наставника и бывшего либерального соратника, он именовал его убийство в самом центре Москвы политическим. Спустя 18 месяцев президент Рф Владимир Путин в один момент провозгласил Кириенко 2-ой по значимости фигурой в администрации президента и, тем, ответственным за управление русской внутренней политикой.

В самом конце президентства Бориса Ельцина Кириенко, занимавший на тот момент пост премьер-министра страны, на куцее время стал надеждой для либеральных реформаторов и Запада. В октябре 2016 года его предназначение опять чудилось политическим сигналом. Но это было неверным воззрением, что сделалось понятно не лишь опосля его включения в санкционный перечень ЕС из-за отравления Алексея Навального.

Для нынешней Рф судьба Кириенко, по последней мере, на 1-ый взор, необыкновенна. Только немногие известные фигуры ельцинской эры, до этого всего из стана либеральных реформаторов, с первых лет Путина у власти остались в политике либо муниципальных институтах, тем наиболее на таковой влиятельной позиции, как Кириенко. Потому становление 58-летнего политика отражает трансформацию русской политики. Он является противоположностью беспощадной судьбы собственного давнешнего товарища Бориса Немцова, который принял решение не идти в муниципальные университеты. За приверженность своим политическим принципам Немцов поплатился жизнью.

24 апреля 1998 года Сергей Кириенко с формальной точки зрения был на пике собственной карьеры. Госдума утвердила его в должности премьер-министра. Ельцин нежданно избрал 35-летнего инженера аква транспорта из Нижнего Новгорода, который ранее работал в банках и энергетических компаниях и лишь полгода занимал должность министра, преемником отправленного в отставку Виктора Черномырдина. «Киндер-сюрприз» — так с драматичностью называли неопытного политика. Переехав в столицу, воспитанник Немцова был должен выправить буксующую экономику. Происшествия не облегчали его задачку. Наша родина устремлялась в пропасть. Дефолтом в августе 1998 года завершился и недолгий период Кириенко на посту премьера.

КонтекстNDR: США расширили санкции против «Северного потока — 2»NDR Info22.10.2020УНИАН: Госдеп США расширяет санкции против «Северного потока — 2»УНИАН20.10.2020Info: почему под санкции ЕС за Навального попал Сергей КириенкоInfo.cz21.10.2020«Плевать на эти санкции». Действуют ли штрафные меры ЕС? (Die Welt)Die Welt21.10.2020

Но на самом деле его реальная судьба лишь начиналась. Кириенко хотя и потерпел крах в очах почти всех, приехал в Москву лишь в крайний турбулентный период президентства Ельцина и не успел перевоплотиться в ненавистную символичную фигуру 90-х, как Немцов. Это соединяет воединыжды его с Путиным, который также в 1998 году сделал решающий служебный прыжок, став управляющим ФСБ. Путин, который через год сам стал премьер-министром, олицетворял для Кириенко, как и для почти всех в то время, надежду. Когда в 1999 году, в том числе вкупе с Немцовым, Кириенко основал либеральную партию СПС и вошел в Госдуму, он не считал себя противником Путина.

Но он только недолго оставался управляющим парламентской фракции. Когда Путин опосля избрания на пост президента опять посильнее привязал русские регионы к Кремлю, он направил Кириенко своим наместником на Волгу. Там руководители Татарстана и Башкортостана владели в особенности большенный самостоятельностью. Кириенко удалось усмирить этих региональных князей. Как позже выяснилось, это произвело особенное воспоминание на Путина.

И на собственном последующем посту, в качестве управляющего муниципального концерна «Росатом» он веселил президента. При Кириенко русская атомная техника стала удачным экспортным продуктом. Длительная привязка покупателей — остальных государств — к поставщикам ядерных реакторов владеет и внешнеполитическим значением и крепит связь Рф со стратегически важными странами.

Это может звучать удивительно, но деятельность Кириенко в «Росатоме» лучшим образом подготовила его к нынешней ответственности за управление партиями, оппозицией и выборами. В духе русской традиции в ведении «Росатома», который тесновато связан с оборонной индустрией, бессчетные «закрытые городка» — закрытые поселения, в которых проживают задействованные в производстве атомного оборудования ученые и сотрудники со своими семьями, это собственного рода правительство в государстве. Совместно с политическими консультантами Кириенко там отрабатывал то, что на данный момент заходит в его задачки по всей Рф — получать характеристики явки и результаты на выборах в соответствие с желанием Кремля.

Предназначение Кириенко на должность в Кремле, в центральный орган управления внутренней политикой в 2016 году почти всем чудилось предвестником политической либерализации. Его становление и его взоры соответствовали тому, что на русском политическом жаргоне значит «системный либерал» — Кириенко не был из влиятельной группы силовиков, и идеологически он буквально не относится к стану антизападных, ограниченных патриотов. Но политолог Андрей Колесников еще тогда отметил, что либерализация в политике и обществе навряд ли случится — Кириенко все-же не положит конец припиранию НПО. Как и в случае с Дмитрием Медведевым, иллюзия — мыслить, что такие выросшие в системе функционеры в один момент ее абсолютно изменят.

В отличие от собственных предшественников на данной нам должности, Владислава Суркова и Вячеслава Володина, Кириенко — не идеолог. Его цель — создать политику формализованным управленческим актом. Он содействовал продвижению региональных губернаторов с стилем управленцев. Реального плюрализма, базу хоть какой либеральной демократии, к которой стремился Кириенко в бытность партийным политиком, в данной нам системе не существует. На волю варианта тут не достаточно что отдается.

Таковой оппозиционер как Навальный, даже если он не представляет угрозы для режима, неприемлем. Почти все специалисты колеблются в том, что Кириенко сыграл какую-то роль в отравлении Навального. Невзирая на это, оно вписывается в определяемый им политический и публичный настрой, в котором диапазон вольного политического волеизъявления становится все уже. То, что даже «либеральный» Кириенко сейчас становится злодеем в очах ЕС, может смотреться как падение. Но с русской перспективы это указывает, как очень он интегрирован в систему, и как не достаточно означает понятие «системный либерал».

Источник: inosmi.ru