«Фигаро»: Присутствие христиан в Ираке под опасностью. В данной книжке вы попробовали отследить историю, которая связывает христиан с Месопотамией с самой зари церкви. Христианское наследство — принципиальная составляющая культурного богатства региона?

Паскаль Магесян: Христианство пришло в Месопотамию в I веке нашей эпохи, другими словами в столетие Иисуса Христа. А именно с помощью апостола Фомы, который отправился с миссией в Индию и прошел через все Междуречье. Он первым поведал местных общинам о христианстве, и вокруг него сформировались 1-ые христианские группы.

Сейчас имя Святого Фомы тесновато соединено с Ассирийской церковью Востока, которую время от времени еще именуют просто Церковью Востока либо несторианской церковью (по имени признанного в Риме еретиком патриарха Нестория). Тот был сослан в монастырь в Антиохии, а потом в Верхний Египет. Его теология легла в базу Церкви Востока в Месопотамии. До времен крестовых походов эта церковь была самой широкой в мире, так как занималась евангелизацией прямо до Китая. Те, кому это любопытно, могут ознакомиться с работами историка Себастьена де Куртуа, 1-го из наилучших профессионалов по истории этого христианского общества. Как ни феноминально, сейчас это маленькая христианская община. У нее есть автокефалия и собственный патриарх.

Что касается других иракских христиан (на данный момент их приблизительно 400 000 против порядка 1,5 миллиона в 1991 году), они сформировывают довольно сложную картину. Существует халдейская церковь, которая появилась в итоге раскола в XVI веке: часть христиан Церкви Востока решили присоединиться к Риму. Это самая бессчетная группа. Есть также Сирийская правоверная церковь, чьи представители находятся в том числе в Сирии и Турции. Дальше, Армянская церковь, которая не является коренной, так как ее прихожане не уроженцы Ирака и молвят на армянском языке. Они проживают по большей части в Багдаде и в ряде деревень Иракского Курдистана. В конце концов, существует несколько малеханьких церквей: правоверная греческая, коптская, несколько евангелистских.

В числе религиозных меньшинств региона также необходимо подчеркнуть езидов, которые находятся под опасностью с XIX века. До начала этих катастроф их было в Ираке приблизительно 800 000 человек, но с того времени это числе уменьшилось в два раза. Они столкнулись с особенной беспощадностью, реальным геноцидом со стороны «Исламского страны»*. Джихадисты стремительно заняли горный массив Синджар и учинили бойню: там до этого времени находят груды тел, а ассоциации отыскивают очевидцев геноцида. Несколько тыщ езидских женщин (может быть, 3 000) были похищены и оказались секс-рабынями в исламистских кланах Ирака и примыкающих государств. Их пробуют купить опосля военной победы над ИГ* в июле 2017 года…

Необходимо отметить и то, что их наследство систематически уничтожалось с помощью взрывчатки. Езидов постоянно считали «дьяволопоклонниками», в особенности исламисты. Боевики ИГ* сожгли их оливковые рощи в Найнаве, с помощью которых они делали священное масло. Им пришлось столкнуться с бескрайним варварством.

— Каковы масштабы разрушений культурного наследства региона?

КонтекстValeurs actuelles: христиане подвергаются антирелигиозной злости почаще мусульманValeurs Actuelles30.01.2020Вандализм в церквях: «Христиане должны быть услышанными» (Le Figaro)Le Figaro15.02.2019Le Figaro: чем восточные христиане заслужили такое невнимание к для себя?Le Figaro31.01.2019— Все просто: во всех районах, которые побывали под контролем ИГ*, все церкви пострадали от вандализма, были разграблены либо даже сожжены. Все церкви были осквернены. Некие даже отчасти разрушены. Сначала это касается Найнавы и Мосула, где были весьма мощные разрушения. Конкретно там, в древнем городке находилась большая часть церковного наследства. Целью джихадистов было не лишь грабить, но и разрушать. К счастью, им не удалось довести планы до конца. К примеру, сирийская церковь Мар Тума в Мосуле обязана была быть уничтожена взрывчаткой, но у террористов не хватило на это времени.

— Какие чувства появились у вас во время подготовки репортажа при виде стольких руин?

— Смешанные. До этого всего, шок при виде масштаба разрушений. Дальше, понимание того, что ИГ* желало не просто убить либо прогнать общины, а до основания повредить саму их идентичность, наследство и все, что делает их частью истории. Это было шоковое понимание того, что целью было убить цивилизацию. В то же время я был впечатлен тем, как иракцы обожают свое наследство. Оно сообразили его ценность конкретно опосля того, как ИГ* подняло на него руку. Замечательно, что местные церкви на данный момент дорожат сиим, а христиане с гордостью демонстрируют свои храмы, невзирая на масштабы учиненного вандализма.

— Ваши фото создают воспоминание праздничка и красы на литургии в этих общинах…

— Да, в этом одна из их основных составляющих их силы: спокойствие перед лицом катастрофы и умение преодолевать катастрофы. Невзирая на уход людей, утрату наследства и сожжение книжек, сиим общинам удается восстановиться, обрести новейшие культурные и духовные силы.

Тем не наименее назад возвратилась только третья часть этих христиан. Иная все еще находится в статусе беженцев в Иракском Курдистане, а крайняя перебралась за границу.

Наследство не было вполне восстановлено, но работа идет. Если у общин не получится возвратить экономические источники существования, они не сумеют остаться. Восстановительные работы дозволят стабилизировать общины, которым необходимо будет вновь пустить корешки.

На это требуется время: в Мосул возвратилась всего полусотня семей. Нужны политические и экономические усилия для того, чтоб христиане могли расслабленно возвратиться. Им необходимы гарантии сохранности, поэтому что они — меньшинство, которое уязвимее остальных сообществ. Им чужда злость, и они не обожают брать в руки орудие, хотя время от времени обязаны это созодать. На данный момент им нужна стабильность.

* «Исламское правительство» — террористическая организация, нелегальная в РФ

 

Источник: inosmi.ru