Фаворит русской оппозиции Алексей Навальный пережил покушение — его пробовали отравить. Он восполнил длиннющий список критиков Владимира Путина, ставших жертвами нераскрытых перестрелок, подозрительных самоубийств и отравлений. В первый раз мы повстречались с Алексеем Навальным три года вспять, когда он баллотировался в президенты, соперничая с Путиным. На данный момент Навальный восстанавливается в Берлине. Мы приехали к нему на прошлой недельке, получив особое разрешение от германских властей, невзирая на эпидемию коронавируса. Навальный поведал нам, что 20 августа в самолете он ощутил себя удивительно, а потом ему сделалось весьма плохо.

Алексей Навальный: Я произнес шокированному проводнику, что «меня отравили, и я умираю». И здесь же упал ему под ноги.

Алексей Навальный летел в Москву из Сибири, где проводил кампанию против путинской партии на местных выборах. Когда он упал как подкошенный, не почувствовав боли, он сообразил, что погибает.

Алексей Навальный: По сути любая клетка твоего тела будто бы гласит: «Ну все, тело, нам конец».

Один из пассажиров достал телефон и записал, как Навальный стонет и крючится. Пилот сделал принужденную высадку в Омске. Врачи, решив, что Навальный наркоман, провели обыденное исцеление от передозировки и срочно доставили его в местную поликлинику. Отравление они опровергали, но не выпускали его некоторое количество дней.

Алексей Навальный: Ну, был большенный бой. Они задумывались, что через 48 часов этот яд будет уже нереально отследить. И просто держали меня взаперти все это время.

Навальный находился под неизменным наблюдением. Его супруга Юлия гласит, что доступ к супругу контролировали агенты правительства, и они же всем распоряжались. Навальный был в коме и не знал, что Юлия развернула целую кампанию, призывая Запад к дипломатичному давлению. Да и это не все…

Лесли Шталь: Вы написали письмо Путину?

Юлия Навальная: Да, написала.

Лесли Шталь: «Почетаемый государь Путин… высвободите моего супруга».

Юлия Навальная: Я написала, что настаиваю на этом.

Лесли Шталь: «Я требую, чтоб вы освободили моего супруга».

Юлия Навальная: Да.

Алексей Навальный: Была целая онлайн-акция «Выпустите его!» Путин решил, что опосля 48 часов ему уже ничего не грозит, и согласился. Таковым образом, через двое суток русское правительство разрешило доставить Навального мед самолетом в берлинскую поликлинику, которая славится своим опытом работы с жертвами отравления.

Лесли Шталь: Как я понимаю, они сходу заподозрили яд?

Алексей Навальный: Да, естественно. Тем временем его команда в Сибири обыскала гостиничный номер, собрав все предметы, к которым мог дотрагиваться Навальный — в том числе бутылку с водой, которую берлинские докторы выслали на экспертизу в немецкую военную лабораторию вкупе с анализами крови Навального. Оказалось, что это «Новичок».

Алексей Навальный: «Новичок», нервно-паралитический яд — у меня в крови, в моем теле, на коже и на бутылке из отеля. Так мы узнали, что меня отравили в отеле. Поэтому что я… снова же пока это просто предположение, ведь никто не понимает, как… как конкретно это вышло. Но думаю, это могла быть отравленная одежка. К примеру, я ее трогаю, а потом отпиваю из бутылки. Короче, нервно-паралитический яд был не снутри бутылки, а снаружи.

«Новичок» — высокотоксичный нервно-паралитический яд армейского эталона, который в 10 раз посильнее зарина. Лаборатории во Франции и Швеции подтвердили: нет никаких колебаний, что это «Новичок».

Алексей Навальный: Может, это совершенно самая ядовитая отрава на свете. И этот новейший сорт «Новенького» обосновывает, что, к огорчению, Путин продолжает разрабатывать хим орудие, невзирая на запрет.

Лесли Шталь: Но ведь российские произнесли, что все хим орудие убили.

Алексей Навальный: Поэтому-то все они и опровергают. Это ведь означает, что этот «Новичок» каким-то образом остался. А раз так, выходит, что они не просто нарушают правила хранения. А ведут последующую разработку.

Лесли Шталь: И нет никаких колебаний в том, что этот яд могла произвести только Наша родина?

Алексей Навальный: Никаких.

Лесли Шталь: И что это нелегальное вещество.

Алексей Навальный: Нелегальное. Я думаю, что Путин, когда выбирал хим орудие, преследовал две цели: уничтожить меня и запугать других. Никаких выстрелов, пара часов — и ты мертв, а на теле ни одного следа. От этого становится не по для себя. И Путину это нравится.

Лесли Шталь: Вы гласили, что считаете виноватым Путина.

Алексей Навальный: Я не считаю. Я уверен, что он виновен.

Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков заявил, что это обвинение «совсем необоснованно и неприемлемо». Но канцлер Германии Ангела Меркель и президент Франции Эммануэль Макрон уверили Евросоюз ввести санкции.

Лесли Шталь: Подписались все фавориты, не считая Дональда Трампа.

Алексей Навальный: Да, я… увидел. (смеется)

Лесли Шталь: Для вас принципиально, чтоб он осудил эти деяния?

Алексей Навальный: Как по мне, очень принципиально, чтоб все, включая президента США — а может, он в первую очередь — осудили применение в 21-м веке хим орудия.

Но для чего Путину пригодилось избавляться от Алексея Навального? Когда мы в первый раз повстречались с Навальным три года вспять, он баллотировался против Путина в президенты. Он сделал для себя имя, публикуя у себя блоге денежные разоблачения высокопоставленных чиновников.

Лесли Шталь в интервью 2017 года: Обосновывают ли приобретенные вами документы коррупцию?

Алексей Навальный в интервью 2017 года: Непременно. Я — разоблачитель. И я не боюсь именовать имена.

Навальный нашел, что наиблежайшее свита Кремля накопило большие богатства — и публиковал публиковал фото их домов и яхт. Потом он перебежал к документальным фильмам на YouTube о их роскоши и расточительстве.

Алексей Навальный: И это таковая путинская черта — он теряет голову от средств. У него большущее состояние, его семья богата. Его друзья, как и все его люди, как все сослуживцы по КГБ — они все миллиардеры. Вот почему борьба с коррупцией с его стороны значит, что приходится биться со мной.

Лесли Шталь: Понимаете, мне охото улыбаться оттого, что вы тут. Вы пережили наисильнейший нервно-паралитический яд на свете, но пылайте энтузиазмом продолжать борьбу с вашим… с Путиным и всем тем, что происходит у вас в стране — как и во время нашей первой встречи несколько годов назад.

Алексей Навальный: Что ж, я тоже рад. (смеется) Рад, что выжил.

В 2017 году разоблачения Навального всколыхнули волну народного гнева, и 10-ки тыщ россиян вышли на улицы против Путина. Когда через три месяца Навальный призвал ко второму раунду протестов, его арестовали прямо из квартиры. С той поры его столько раз сажали в кутузку, что он сбился со счета. Его лупили, ему в лицо прыскали зеленоватой краской с кислотой, но сейчас он может добавить в собственный перечень к тому же отравление — в котором обвиняет президента Путина.

Лесли Шталь: Как вы это заключили? Может, это один из разоблаченных вами олигархов решил отомстить?

Алексей Навальный: Заполучить «Новичок» нереально даже олигарху. Его не приобретешь за деньги в магазине, даже если у тебя миллионы либо млрд баксов. Что еще важнее, ты даже не сможешь им пользоваться. Убьешь себя и всех вокруг. Поэтому что его весьма трудно…

Лесли Шталь: Хранить. Да-да.

Алексей Навальный: Да. А позже еще эта масштабная операция прикрытия. Уголовного дела нет. Если… если Путин не повинет, то почему не возбуждено следствие? И позже, поглядите, что они делают. К примеру, Путин в разговоре с президентом Франции Макроном произнес, что Навальный сам себя отравил. Что, серьезно?

Лесли Шталь: Путин произнес президенту Франции, что вы сами себя отравили?

Алексей Навальный: Да. Просто, чтоб позлить его.

Крайние три месяца на Далеком Востоке Рф бурлят протесты. Навальный считает, что покушение на его жизнь быть может как-то соединено.

Алексей Навальный: Он контролирует полицию, суды, СМИ и все другое, но все равно… соображает, что его окружает протест. И он только наращивается. Вот почему он… они пошли на последние меры.

Всего месяц вспять, когда докторы вывели его из искусственной комы, Навальный был худенький как жердь и бледноватый как погибель.

Лесли Шталь: Означает, вы были в коме. А позже вы очнулись, и что было далее?

Алексей Навальный: Опосля комы у меня был длинный период каких-либо сумасшедших галлюцинаций. Я пробовал осознать, кто я и где я. Я не мог ни гласить, ни писать.

Лесли Шталь: Как себя ощущает ваша семья?

Алексей Навальный: Ну, им выдалось целое испытание. Но они его выдержали.

Лесли Шталь: И ваши малыши?

Алексей Навальный: И они тоже.

Лесли Шталь: Вашему отпрыску 12 лет, а дочь обучается в институте, верно?

Алексей Навальный: Верно.

Лесли Шталь: Наверняка, тяжело понять, что отца чуть не уничтожили. Они не произнесли для вас: «Папа, остановись».

Алексей Навальный: Нет, даже близко. Мои… Мне подфартило, поэтому что меня поддерживает вся семья.

Лесли Шталь: Наверняка, без этого на данный момент никуда.

Алексей Навальный: Да.

Мы с Навальным, его супругой и телохранителем вышли на прогулку у Бранденбургских ворот в Берлине, и здесь же возникла целая ватага полицейских.

КонтекстНавальный поднял переполох в Шварцвальде (Augsburger Allgemeine)Augsburger Allgemeine Zeitung16.10.2020The Greanville Post: ЦРУ употребляет Навального в собственных интересахThe Greanville Post09.10.2020Le Figaro: новейшие санкции стукнут по самой ЕвропеLe Figaro09.10.2020Лесли Шталь: Слов нет, защита у вас что нужно.

Алексей Навальный: Да, я в сохранности.

Навального защищает германское правительство, поэтому что есть опаски, что на его жизнь покусятся снова. Но он все равно решил, что через пару месяцев, как лишь на 100 процентов восстановится, возвратится в Москву и продолжит борьбу против Владимира Путина с такого же самого места.

Лесли Шталь: Вас считают человеком, который ничего не опасается. Как насчет вашей семьи? Вы никогда не задумывались… что подвергаете их угрозы?

Алексей Навальный: Да, и это самое сложное. У меня нет чувства ужаса — разве что за деток. Страшно мыслить, что они воспользуются «Новичком» поблизости моей квартиры, где мои малыши. Либо отравят дверь в подъезд, за которую берется любой. Что ж… (вздыхает) все равно с этими людьми нужно биться, поэтому что они по другому они никогда не остановятся. Отравят еще кого-то. Отравят еще более народу.

Лесли Шталь: А на данный момент как вы себя чувствуете? Вы пришли в себя и вполне возвратились? Как как будто да.

Алексей Навальный: Мне еще необходимо время, чтоб восстановиться. И я над сиим работаю.

Лесли Шталь: Вы ходите на реабилитацию. Любой денек?

Алексей Навальный: Да, приходится с нуля обучаться двигаться, что-то созодать. Они… это любопытно. Мне кажется, что я весь древесный. Либо металлический, как лесоруб из «Волшебника изумрудного городка» — тело потеряло всякую упругость. Любопытно, как это работает. Даже не представляю для себя. Но на данный момент мне трудно наклониться и поднять чего-нибудть с земли.

Лесли Шталь: Как насчет психического эффекта — когда знаешь, что тебя пробовали уничтожить  и это им чуть не удалось?

Алексей Навальный: Понимаете, я считаю, что по-своему это даже отлично. Это весьма полезно для политика — столкнуться со гибелью, ведь так ты меняешься изнутри. По драматичности судьбы, взглянув в лицо погибели, я стал человечнее.

Лесли Шталь — одна из самых узнаваемых и опытнейших тележурналисток Америки. Корреспондент передачи «60 минут» с 1991 года.

 

Источник: inosmi.ru