Геополитические утраты в итоге утраты воздействия на большей части бывшего СССР не критичны для Рф. Москве необходимо научиться воспользоваться тем, что есть, и, уважая суверенитет союзников и партнеров, добиваться от их взаимности и соблюдения определенных правил в ответ на российскую защиту, поддержку и помощь

Сходу три союзные Рф страны — Армения, Белоруссия и Киргизия — сразу столкнулись с наточенными кризисами, что принуждает снова задуматься о том, как действенной была союзническая и интеграционная политика Москвы на постсоветском пространстве. Опасности, которые происходящее может представлять для Рф, явны, но в то же время кризисы можно применять для того, чтоб усовершенствовать эту политику, поправить прошлые ошибки и недочеты.

Белоруссия

Из 3-х кризисов самый принципиальный и страшный — белорусский. Он грозит утратой более ценного союзника и наиблежайшего экономического напарника. Белоруссия, длительное время самое спокойное правительство СНГ, перевоплотился в очаг непостоянности фактически у ворот Москвы. Белорусские протесты равномерно радикализуются, приобретая антироссийский нрав, а оппозиция сегодняшнему режиму в Минске получает все огромную поддержку со стороны примыкающих Польши и Литвы, а также Евросоюза в целом и НАТО.

Феноминально, но сегодняшний белорусский кризис, спровоцированный грубыми просчетами Александра Лукашенко, выручил Россию от еще наиболее отвратительного сценария, который Лукашенко готовил своими действиями на протяжении крайних семи-восьми лет, в особенности опосля киевского Майдана. Сущность этого сценария сводилась к тихому обособлению Белоруссии от Рф и ее постепенному сближению с Западом.

Многовекторность наружной политики Минска была нацелена на то, чтоб перевоплотить Белоруссию в нейтральное правительство меж Россией и НАТО, сохранив при этом экономические льготы от Кремля. В критериях российско-западной конфронтации таковой курс безизбежно вел к небезопасному столкновению.

На данный момент этот сценарий уже неактуален. Путь на Запад для Лукашенко закрыт. А Наша родина получила возможность развернуться на белорусском поле: способствовать конституционному трансферу власти, политическим и экономическим реформам и выстраивать вкупе с белорусскими партнерами лучшую модель двухсторонних отношений.

КонтекстТруд: Нагорный Карабах — война, о которой молчатТруд23.10.2020iEidiseis: Эрдоган наступил на кавказскую мозоль ПутинаiEidiseis16.10.2020Defence 24: «Запад — 2021» еще более сблизит Россию и БелоруссиюDefence2428.10.2020Создать это будет тяжело. Основное препятствие здесь сам Лукашенко. По логике русского плана он должен приготовить свой уход из власти в обмен на личные гарантии и, может быть, некое почтенное, но лишенное воздействия положение. Как можно судить, план у самого Лукашенко другой. Он будет всеми вероятными методами заставлять Кремль отрешиться от идеи смены власти в Белоруссии и обосновывать свою безальтернативность.

Москва, разумеется, желала бы получить в Белоруссии политическую систему, где власть и воздействие распределяются — и время от времени перераспределяются — меж группами и лицами, приклнными Рф. Она также желала бы теснее интегрировать белорусскую экономику с русской. Неувязка заключается в том, что Москва до этого времени не весьма интенсивно работала с белорусскими элитами, сосредотачиваясь в основном на контактах с Лукашенко и людьми из его окружения.

Можно представить, что у русских военных и спецслужб есть тесноватые и доверительные, в том числе неформальные контакты с белорусскими сотрудниками, но этого, возможно, недостаточно. Для фуррора русского плана перезагрузки Белоруссии нужно наиболее глубочайшее проникновение в элиту примыкающей страны и, основное, наличие ясной стратегии и координации действий.

В конце концов, не наименее принципиально для Рф начать работу с белорусской оппозицией и, обширнее, с белорусским обществом, в особенности с его активной юный частью. Тут непочатый край работы. Напористость и упорство 10-ов тыщ людей, часто протестующих уже два с половиной месяца в Минске и остальных городках страны, не может не впечатлять. Практически в ходе сегодняшнего кризиса в Белоруссии началось формирование политической цивилизации.

Главные лозунги этого государственного движения можно сконструировать как справедливость и суверенитет. Двойной запрос ясен. Вопросец в том, сумеет ли Наша родина посодействовать удовлетворить его. Игнорировать протестующих, причислять их заблаговременно к противникам, наймитам Запада — означает обрекать политику Рф в Белоруссии на поражение.

В работе с белорусской оппозицией и обществом у Москвы самые огромные задачи — и не только лишь поэтому, что Лукашенко не приемлет такие контакты. В Рф практически нет людей, способных и приготовленных к настолько узкой работе. Кремлевские политтехнологи и сотрудники спонсируемых государством НКО тут только ограниченно профпригодны. Способности спецслужб также ограничены, а их роль может скомпрометировать все усилия. Тем не наименее это решающее направление, в особенности в длительном плане.

Армения

Война в Нагорном Карабахе — 2-ой острый кризис, с которым столкнулась русская политика. У него много качеств, но для данной статьи важен один — союзнические дела с Арменией. Москва столкнулась с ситуацией, когда ее союзник оказался под ударом русского же стратегического напарника, поддержанного примыкающей региональной державой, с которой у Рф сложные дела — сразу партнерства и соперничества.

В целом российскому управлению удалось выдержать равновесие в подходе к конфликту. Наша родина, прилагая усилия к скорейшему прекращению кровопролития, избежала прямой вовлеченности в военные деяния, которая могла бы не лишь нарушить межэтнический мир снутри страны и разжечь новейшую войну на Кавказе, но и привести к вооруженному столкновению с Турцией.

Можно представить, что для неких столкновение 2-ух авторитарных антизападных держав было бы желательным сценарием, но лишь не для Рф. Тем не наименее взвешенная русская позиция вызвала разочарование в Армении.

Русско-армянские дела никогда не были безупречными, но представление о том, что Наша родина в томную минутку защитит и выручит Армению, было укоренено в публичном сознании армян. Эта готовность Рф рассматривалась армянской элитой как бесспорная, не налагающая на Армению каких-то обязанностей.

Числилось, что роль Армении в ОДКБ и ЕАЭС — это достаточный вклад Еревана в двухсторонние дела. В особенности с учетом того, что на формальное союзничество с Россией и роль в ее интеграционном объединении некие в Армении и почти все в армянской диаспоре смотрели как на нужное зло.

2-ая война в Нагорном Карабахе еще не закончена, и Азербайджан полон решимости приневолить Армению к миру на собственных критериях. В итоге данной войны присутствие Турции на Южном Кавказе и воздействие Анкары на Баку уже заполучили совсем другое свойство. Москве требуется поновой оценить геополитическую ситуацию в регионе и, может быть, скорректировать свою политику.

Армения уже издавна была единственным опорным пт Рф в Закавказье, если не считать конкретно прилегающих к Северному Кавказу Абхазии и Южной Осетии. Смысл русского военного присутствия в Армении в основном сводился к сдерживанию Турции от нападения на Армению.

Способности военного давления на Грузию с юга были быстрее теоретическими. В войну 2008 года они не были задействованы. Как база для действий Рф на Ближнем Востоке Армения не годится из-за сложностей коммуникаций с данной государством. Для этих целей ключевое значение имеют Каспийская флотилия и Черноморский флот, а также дела Рф с Турцией и Ираном.

Это не значит, что союзнические и интеграционные связи с Арменией никчемны. Наша родина ценит дела с армянским народом и сохраняет свои обязательства в рамках ОДКБ. То же самое относится к связям в рамках Евразийского экономического союза. Уроки идущей войны, но, требуют скорректировать эти дела.

Во-1-х, Наша родина обязана исходить из того, что союзнические дела и размещение на зарубежной местности военных баз основываются на принципах добровольности и взаимности. Добровольность значит, что, если Армения либо Наша родина захочут расторгнуть дела, они вправе создать это. Если таково будет желание Еревана, Москва не обязана во что бы то ни сделалось цепляться за крайний маленькой осколок Закавказского военного окрестность.

Взаимность значит, что союзнические обязательства не являются однобокими. Недозволено гордиться самостоятельной политикой без оглядки на кого бы то ни было и при всем этом рассчитывать, что в тяжкий час тебя все равно выручат. Как и в случае с Белоруссией, многовекторность политики хоть какого члена ОДКБ безизбежно ведет к эрозии союзнических отношений с Россией.

Во-2-х, Наша родина обязана исходить из того, что на кавказском направлении ее периметр обороны проходит по рубежам ее гос границы и наружным периметрам Абхазии и Южной Осетии. Более суровая угроза на этом направлении — проникновение в Россию боевиков и террористов, способных устраивать теракты и дестабилизировать ситуацию на Северном Кавказе и стране в целом.

Карабахская война служит магнитом, привлекающим эти небезопасные элементы в регион. Повлиять на ситуацию можно через воздействие либо, при необходимости, давление на Азербайджан и Турцию.

В-3-х, в ходе карабахской войны сделалось ясно, что в критериях, когда США заняты иными неуввязками, а Евросоюз не способен к активным действиям, Рф придется больше вести взаимодействие на Кавказе с региональными державами — Турцией и Ираном, но при условии, что они признают приоритетность русских интересов в этом регионе. Астанинский формат, сделанный для Сирии, может стать платформой для согласования интересов на достаточно широком геополитическом пространстве.

Киргизия

Киргизский кризис — пожалуй, самый ожидаемый. Недавнешние волнения, приведшие к очередной смене власти в Бишкеке, — уже третьи с 2005 года. Власть в Киргизии нередко изменяется, но страна остается союзником и экономическим партнером Рф. Наиболее того, флирт «демократической» Киргизии с США, совмещенный с пребыванием на ее местности американской военной базы, удачно завершен.

Наша родина не вмешивается во внутриклановые и нередко преступные разборки в Киргизии, но имеет в виду свои интересы в данной стране — от базы ВКС в Канте до испытательного центра ВМФ на Иссык-Куле, объектов ВПК и, естественно, все еще значимого русского населения и официального статуса российского языка. Фактически, эти интересы, а также геополитическое положение Киргизии на наружных рубежах Средней Азии, вблизи от Афганистана, и составляют для Москвы смысл союзничества с Бишкеком.

Уроки сегодняшнего киргизского кризиса состоят в том, что союзничество в области сохранности включает не лишь вопросцы противодействия терроризму, но и борьбу с наркотрафиком, который идет из Средней Азии, в том числе через местность Киргизии. Преступная подоплека межклановой борьбы в Киргизии обширно известна, но кто бы ни пришел к власти в Бишкеке, он должен осознавать, что борьба с нелегальным оборотом наркотиков, в том числе в собственных рядах, является одним из критериев предоставления русской помощи.

Не считая того, экономическое партнерство с Киргизией в рамках ЕАЭС обязано иметь в виду не лишь отчетность о том, как расходуется предоставленная Бишкеку помощь, но и определенную способность элит данной страны договариваться друг с другом. По другому эта помощь не станет поступать.

Наша родина издавна не стала быть гегемоном на постсоветском пространстве. Прибалтийские республики вступили в НАТО и ЕС. Дела с Украиной агрессивные, Киев отыскивает помощи у США и Европы и стремится в НАТО. То же самое в полной мере относится к Грузии.

Обеспеченный углеводородами Азербайджан стал партнером и союзником схожей Турции. В Средней Азии вырастает воздействие Китая — до этого всего экономическое, но не только лишь. Все это вышло не вчера.

Статьи по темеHabertürk: в Киргизии все лишь начинаетсяHabertürk15.10.2020Časopis argument: киргизская управляемая анархияČasopis argument22.10.2020New Europe: даже если одолеет Баку, Карабах проиграетNew Europe06.10.2020Далековато не все перечисленные факты являются следствием неразумной политики Москвы либо ее бездействия. Нынешняя Наша родина — не империя, но она величавая держава. Это значит до этого всего самостоятельность, подкрепленную достаточными ресурсами, внутренней сплоченностью и мощной волей.

У Рф нет союзников, готовых вести войну и дохнуть рядом с ней. Время от времени они просто страшатся даже встать рядом. Заставлять их против воли не нужно, но иметь это в виду — непременно.

Партнеры Рф по экономической интеграции не делают емкого рынка и не являются источником ценных ресурсов. Сотрудничество с ними полезно, но оно обязано быть не дотационным, как во времена империи и в особенности Русского Союза, а взаимовыгодным.

Геополитические утраты в итоге утраты воздействия на большей части бывшего СССР не критичны для Рф. Москве необходимо научиться воспользоваться тем, что есть, и, уважая суверенитет союзников и партнеров, добиваться от их взаимности и соблюдения определенных правил в ответ на российскую защиту, поддержку и помощь.

Для этого вопросцы отношений со странами СНГ (в особенности с теми из их, что входят в ОДКБ и ЕАЭС) должны стать реально приоритетными. Нужен серьезный аудит связей и обязанностей в рамках союзнических и интеграционных объединений. Необходимо глубочайшее и систематическое исследование примыкающих государств с их историей и чертами культур, а также с нынешней экономикой, политикой и амбициями. Продолжать жить на русском багаже познаний и представлений и предаваться мемуарам о братском союзе народов СССР уже недозволено. Переживаемые сейчас кризисы у соседей-союзников — не крайние. Авторитарные режимы в один момент рушатся, замороженные конфликты размораживаются, а криминал и наркотики делают питательную среду для терроризма.

Источник: inosmi.ru